СТАРЫЕ СТЕНЫ

Латвия — это не только рижские шпроты и одноименный бальзам. В первую очередь страна славится своими средневековыми замками, овеянными леденящими душу преданиями. Некоторое время назад возле тамошних живописных развалин из тумана начал появляться пикап с логотипами «Полного привода 4×4» и master-winch expedition на борту… Пункт «Латвия» появился в маршрутном листе нашего вояжа спонтанно: просто друзья из команды SRT, Илья Савельев & Co., собрались участвовать в «Курляндия-трофи», планировавшегося как первый этап чемпионата России. Так мы и оказались в латвийском городке Эдоле, в окрестностях которого проводилось соревнование.

ХОЛОДНЫЙ ПРИЕМ

Примерно через сто километров от Москвы отличная Новорижская трасса сменилась совершенно разбитым и узким шоссе М9. Только к вечеру мы подъехали к пограничному переходу «Бурачки — Терехово». На российской стороне никаких задержек не было, за исключением несколько затянувшегося оформления автономного генератора, запасных колес и прочего спортивного инвентаря. Латвия же встретила нас не очень радушно: «Не там встали. Не туда поехали. Вы что, у себя дома?!» Да, в страну нас впустили, но какой-то неприятный осадок от такой встречи остался. Забегая вперед скажу, что это было единственное проявление недоброжелательности за все недельное пребывание на латвийской земле. Команда STR после пересечения границы поехала в базовый лагерь соревнований, а я остановился на ночлег в городе Лудза — там находится замок, который планировалось осмотреть первым делом. И тут началось… Навигатор Garmin с самой свежей картой Европы категорически отказывался искать «места для ночлега». Точнее, он их нашел, но одно оказалось несуществующим объектом, на месте которого располагался отдел полиции и станция «скорой помощи», а другой, «ближайший», находился в 18 километрах от Лудзы. В полном одиночестве я наматывал круги по центру города, тщетно пытаясь встретить хотя бы одного живого человека. Во втором часу ночи на улицах не было ни души. Когда я остановился у банкомата, случилось маленькое чудо: буквально в ста метрах от парковки я увидел долгожданную вывеску «Hotel». Всего 15 латов за ночлег (хорошо, что у меня нашлась местная валюта: ни карточки, ни евро в гостинице не принимали), и я с удовольствием растянулся на чистой постели, правда, в довольно холодном номере.

ДОБРЫЕ ЛЮДИ VS GARMIN

Бодрящая атмосфера заставила меня ни свет ни заря отправился на поиски замка. И здесь Garmin вновь разочаровал меня… Хотя искомое строение было видно из окна гостиницы, прибор не указывал его в списке исторических памятников. Впрочем, в его списке гостиниц не оказалось и приютившего меня отеля. Поиск достопримечательностей и ночлега, который представлялся простой задачей, грозил стать проблемой. Так и вышло. Вся надежда была на путеводитель Lonely Planet, перечень замков Ливонского ордена и Рижского епископата, схематическую карту дорог Латвии и помощь добрых людей. Отбросив сомнения и предварительно зайдя в православную церковь Успения Пресвятой Богородицы, я направился к подножию замковой горы, где между Большим и Малым Лудзенским озерами в 1399 году крестоносцы возвели крепость для защиты восточных рубежей Ливонского ордена. Магистр ордена Веннемар фон Брюггеней построил замок из серых камней и красных кирпичей с черной глазурированной облицовкой. Сейчас крепость, имевшая шесть башен, трое ворот и два форбурга (предзамковых укрепления), лежит в развалинах. История крепости полна драматических событий. Весной 1481 года русские войска вошли в Ливонию. После месячной осады замок в Люцине был взят и разрушен, но по окончании войны восстановлен. Через сто лет, в 1577 году, русские вновь захватили его. Со временем замок отошел к Польше, а потом — к Швеции. А потом все вернулось на круги своя: вновь поочередно русские, шведы, поляки и снова русские, пока в XVII веке он не пришел в окончательное запустение. В полном одиночестве я бродил по древним развалинам. Было сумрачно, кругом еще лежал снег, и пронизывающий ветер заставлял плотнее закутаться в куртку. Я спрятался от непогоды в наиболее сохранившейся части древнего сооружения. Оказавшись в окружении мрачных стен, сразу вспомнил древнюю легенду о дочери знатного вельможи, проклятой отцом за любовь к бедному слуге и исчезнувшей в подземельях Лудзенского замка. Вызволить ее можно один раз в столетие, на Пасху. Но нечистый мешает смельчакам, пытающимся освободить красавицу-принцессу, которая до сих пор томится в подземельях в ожидании своего героя. На такой романтической ноте я покинул замок и, сев на свою стальную колесницу Mitsubishi L200, запряженную 99 конями, направил ее в сторону Риги, где на моем пути уже маячили развалины замка Резекне, принадлежащего когда-то фогту Ливонского ордена. Этот день полон впечатлений: замок XVII века в Крустпилсе, где сохранились мрачные подвалы XIV века, романтические развалины Кокнесского замка, одной из многочисленных резиденций рижского епископа, руины замка Лиелварде около Божьей горы, старинного поселения ливов, и одиноко стоящие среди льдов Даугавы развалины замка Икшкиле. Без навигатора найти эти замки не составило большого труда — практически все они размещались около Даугавы в исторических центрах одноименных городов. Зато поиск замка Айзкраукле превратился в проблему. Найти исторический центр в поселке Айзкраукле, основанном в 1960 году, не представлялось возможным. Видя мои тщетные потуги осмыслить местную географию, один из куривших возле парковки офисных работников предложил свою помощь. Через пару минут мы уже сидели в Интернете и пытались найти местонахождение развалин. Закончилось все звонком в контору по туризму соседнего города Кокнеса, где мне посоветовали поехать в мэрию и найти краеведа, который смог бы дать верное направление. Но этого человека на месте не оказалось. Коллеги отсутствующего сотрудника не без труда, но все же смогли указать мне примерное расположение крепости: «Не доезжая до соседнего городка Скривери, повернуть около старой церкви назад, там недалеко и будет замок…»

МИСТИКА В ТУМАНЕ

Доехал, повернул, проехал километров семь по разбитому грейдеру и снова оказался в Айзкраукле. Пока пытался сориентироваться, рядом со мной остановилась машина. Вышедшие из нее люди сказали, что я нахожусь в охраняемой зоне гидроэлектростанции, но если я хочу ее сфотографировать, то могу проехать на смотровую площадку. Плявиньскую ГЭС мне снимать не хотелось. Расспросил их о дороге к замку. Оказалось, что ехал совершенно правильно, замок просто не заметил. Вернувшись назад, действительно увидел в густом тумане, поднимавшемся от Даугавы, остатки крепостных стен. Дорогу огородили проволокой, и в поисках парковки пришлось проехать немного вперед. Оставив машину около старой мызы и оглядевшись по сторонам, я понял, что замка снова нет! Но я же видел развалины! Пока я крутил головой по сторонам, из мызы вышла старушка и указала путь к замку, который скрывали туман и густой лес. Позже я узнал, откуда в местных краях взялась вся эта мистика. По преданию, записанному в далеком 1926 году, замок построил алчный и злой рыцарь в том месте, где небольшая речушка Карите впадает в Даугаву. Строители, вырывшие под крепостью огромное подземелье и длинные потайные ходы, все были убиты. Рыцарь же со слугами принялся грабить окрестные земли, пряча награбленное в подземельях. Опасаясь за свои сокровища, злодей продал душу дьяволу в обмен на сохранность богатств. Огромная змея стала стеречь дубовый сундук с золотом, не подпуская никого кроме рыцаря. Но недолго негодяй наслаждался богатством. Ограбленные им люди сообща разрушили замок и убили всех его обитателей, правда, спрятанное добро так и не нашли. Мои приключения на этом не закончились. На ночевку я решил остановиться в городе Бауска, в центре которого находится хорошо сохранившийся Бауский замок. Дорога P88 запомнится мне надолго. Зубодробительный грейдер, навигатор, который норовил отправить меня на какие-то совсем уж второстепенные дороги, и практически полное отсутствие машин, как встречных, так и попутных. За два часа езды я встретил всего шесть автомобилей, причем два из них были полицейские. И это в десять часов вечера! Утром следующего дня, поднявшись пораньше, отправился к Баускому замку. Город утопал в густом тумане. Дорога петляла среди могучих деревьев. Из густой дымки проступали башни Нового замка, а за ним романтические развалины Старого замка, который возвели у точки слияния рек Мемеле и Мусы в середине XV века по приказу магистра Ливонского ордена Ханденрайха Финке фон Оверберга. У этого замка богатая история. Его построили сразу после крупнейшего за всю историю Ливонского ордена поражения в битве у реки Швентойи для защиты главной дороги на Ригу. Строителями были пленные новгородцы. Орденская крепость вскоре перешла во владение Рижского архиепископа, побывала столицей Курземского герцогства, переходила то к шведам, то к полякам, пока ее окончательно не разрушили во время Северной войны.

ДРАКУЛА МЕСТНОГО РОЗЛИВА

После Бауски я направился в сторону другого знаменитого замка — Земгале Яунпилсу. Красивейшее сооружение, окруженное с трех сторон водами Мельничного озера, хранит множество тайн, легенд и жутких преданий. Одна из легенд говорит о том, что раньше замок располагался на Виселичной горе, что в километре от сегодняшнего местонахождения крепости, но провалился под землю. С тех пор в новогоднюю ночь таинственный голос спрашивает у владельца Яунпилского замка: «Готов ли замок?» Хозяин должен отвечать: «Нет, не готов!» В подтверждение этих слов перед Новым годом тут начинались строительные работы. В старину верили, что как только замок будет «готов», он уйдет под землю, а на его месте появится старый с Виселичной горы. Долгое время, с 1561 по 1919 год, замком владели немецкие бароны из рода фон дер Рекке. Самым знаменитым из них был барон Матиас фон дер Рекке, местный вариант графа Дракулы. Как и Дракула, он был великим воином. Во время битвы при Саласпилсе шведский король Карл IX едва унес ноги от барона, потеряв при этом свою шпагу и шляпу. Матиас фон дер Рекке славился безжалостным отношением не только к врагам, но и к своим солдатам. Легенды утверждают, что он продался дьяволу и за воинскую удачу расплачивался душами своих сподвижников. Кстати, именно «благодаря» ему Виселичная гора получила свое название. Пожалуй, самая страшная история связана с тремястами шведскими военнопленными, которые содержались в застенках, сохранившихся до наших дней. Шведы возвели множество хозяйственных построек вокруг замка. Когда же надобность в их труде отпала, они были заперты в деревянном сарае и заживо сожжены. Причем барон Матиас собственноручно зажег огонь, а после ходил вокруг пожарища и в ответ на крики умирающих спрашивал: «Слышите, как пищат мои мышки?» Потомки барона тоже не отличались человеколюбием. Пыточные камеры с наклонным полом, Адова гора с подземными казематами, механический черт, орущий во время дождя, обесчещенные крестьянки — характерные приметы для тех мрачных времен. Поэтому не удивительно, что во время революции 1905 года замок сожгли. Позже его полностью восстановили.

БРАТ НА БРАТА

Памятников архитектуры в области Курземе много, но степень их сохранности различна. От одних, как от Кандавского замка, остались лишь контуры стен, от других — только пустырь, как в Кулдиге. Некоторые же, как замки в Вентспилсе, Алсунге и Эдоле, стоят по сей день нетронутыми. Алсунгский замок Ливонского ордена с сохранившейся огромной башней примечателен тем, что принадлежал герцогу Курляндскому Бирону, который оставил печальный след в истории России. Окрестности Алсунги — единственное место в этой лютеранской области Латвии, где большинство жителей остались католиками. Около замка находится мемориал жителям Алсунги, павшим во время Гражданской и Великой Отечественной войн, а также и в послевоенное время. Памятники поддерживаются в приличном состоянии, хотя вечный огонь не горит. Было видно, что этот комплекс построили еще в советский период. Есть и новые памятники, но они сооружены в честь людей, погибших в те же годы, но стоя по другую сторону баррикад. Замком Эдоле владел не орден, а Курземский епископ. Это крепостное сооружение, как и Яунпилский замок, почти пять веков принадлежало семейству Беров и было также сожжено во время первой русской революции. Легенды, связанные с этим окрашенным сейчас в нежно-розовый цвет замком, не так страшны, хотя и в них крови предостаточно. В XVII веке братья Берры были влюблены в дочь дунгагского барона. В порыве ревности один брат убил другого и взял девушку в жены. После свадьбы на стене комнаты, где произошло убийство, стало появляться кровавое пятно. Чтобы скрыть его, в этом месте устроили угловой камин. Чуть позже в парке замка гномы праздновали свадьбу. Сидя верхом на лошади, братоубийца подсматривал за ними. Неожиданно лошадь чего-то испугалась и понеслась вскачь. Всадник упал и разбился насмерть!

ПРЕКРАСНОЕ ТЕЛО РИГИ

Раннее утро, по-весеннему яркое солнце, журавли, сидящие в гнездах вдоль трассы, а потом совершенно пустынный Вентспилс и единственный сохранившийся в Прибалтике кирпичный замок конвентского типа — массивные строения XIII века огорожены прямоугольным двором. Музей, находящийся в замке, впечатляет не меньше самой крепости. Он имеет множество почетных наград: приз за лучшую реставрацию (2002 г.), приз за первую среди латвийских музеев цифровую экспозицию, кроме того, признан лучшим музеем Курземе 2009 года. Мне кажется, что это действительно один из лучших музеев Латвии, по крайней мере, из тех, которые я посетил. А потом навигатор вновь изменил мои планы. В тот воскресный день я стремился успеть посетить замок в Цесисе, который по понедельникам обычно закрыт. Но электронный мозг Garmina загнал меня в самый центр Риги, которую мне вообще-то следовало миновать по объездной трассе. Побороть искушение погулять по латвийской столице в такой замечательный день я не смог и, расставшись с надеждой побродить по Цесискому замку, стал искать, где бы запарковать машину. Мест для парковки виделось предостаточно, но надписи на парковочном автомате с весьма негуманными цифрами меня не на шутку испугали. Действительность же оказалась еще хуже. Когда один из прохожих, взявшийся мне помочь, объяснил, что первый час парковки стоит три лата, а последующие — по восемь, я загрустил. Но «добрый самаритянин» посоветовал: «Совсем рядом есть парковка дешевле, а здесь дорого, потому что около Президентского дворца». «На противоположном берегу Даугавы, напротив Рижского замка, — продолжил он, — можно оставить машину бесплатно». Разворачиваясь, я увидел еще одну парковку, тоже бесплатную. Там и оставил пикап в прямой видимости президентской резиденции. К слову, Рижский замок в 1330 году основали ливонские рыцари, и до 1484 года он был резиденцией магистров Ливонского ордена, пока из-за постоянных конфликтов с жителями Риги они не переехали в Цесис. Рига просто великолепна! За те двадцать лет, что я здесь не был, она преобразилась: стала ярче и романтичнее. В то же время непростые исторические и политические события последних лет наложили отпечаток на образ столицы Латвии. Как пишет Янис Петерс, поэт, советский политик и латвийский дипломат: «…Приложи ухо к ее кирпичным красным стенам — пот и кровь. Вода и глина. Это — прекрасное, истерзанное тело Риги…»

ЯЗЫК ДО СИГУЛДЫ ДОВЕДЕТ

Замечу, что во время пребывания в Латвии мое общение везде строилось на основе «великого и могучего» и только в двух случаях пришлось перейти на английско-международный. Так, в городе Сигулда в небольшой гостинице с пугающим названием «Черная кошка» девушка на ресепшене наглухо не понимала русский язык. Худо-бедно, но в номере я поселился. Когда же речь зашла об ужине в ресторане при гостинице, взаимное непонимание усилилось. Сотрудница «Кошки» настойчиво рекомендовала посетить не ресторан, а одноименное бистро, расположенное в здании напротив. Меня же это не устраивало. Наша дискуссия зашла было в тупик. Однако меня заверили, что кухня в обоих заведениях одинаковая и более того в бистро есть еще 20% скидка для постояльцев гостиницы. И правда, в бистро оказалось очень неплохо, а не говорящая по-русски девушка чуть позже пришла проверить, сделали ли мне скидку! И снова утро, и новые впечатления, теперь от национального парка Гауя. На территории парка расположены сразу три интересных мне объекта: замок Ливонского ордена в Сигулде, а также замки Рижского домского капитула в Кримулде и Турайдский — Рижского епископа. Красивейшие ландшафты, изрезанные оврагами, заросшие лесом берега реки Гауи, величественные развалины — вот, в частности, почему здесь создали один из первых в Советском Союзе национальный парк. Замок в Сигулде построили в 1207 году. Он был первым замком ордена Меченосцев, возведенным вне стен Риги. Первоначально крепость называлась Sygewalde, что в переводе значит «Лес Побед». Долгое время тут находилась резиденция ландмаршала (главнокомандующего войсками Ливонского ордена). Замок выдержал не одну осаду, но во время польско-шведской войны 1600–1621 годов он сильно пострадал, в 1624 году был уже необитаем, а ко времени Северной войны окончательно пришел в негодность. Сейчас с древних развалин открывается захватывающий вид на долину реки Гауи. Напротив, прямо среди густого леса, виднеются развалины Кримулдского замка, а чуть дальше гордо высится бергфрид (или донжон — главная, отдельно стоящая башня) Турайдского замка!

ТУРАЙДСКАЯ РОЗА

Турайдский музей-заповедник — один из самых известных и посещаемых музейных комплексов Латвии. Масштабная реставрация в 70-х годах прошлого столетия вернула ему первозданный вид. Многочисленные музейные экспозиции рассказывают о строительстве замка, истории и быте его обитателей. За год музей посещают около 200 000 туристов, что для Латвии очень большая цифра. Я же попал в музей вне туристического сезона и был единственным его посетителем. К сожалению, часть экспозиции оказалась закрытой, и мне удалось посмотреть далеко не все. Зато никто не мешал мне познавать историю Божьего Сада, а именно так переводится название Турайда с языка древних ливов. Одна из самых поэтичных легенд Латвии связана с этим местом, причем в основе ее лежат реальные события, произошедшие здесь в XVII веке. После захвата в 1601 году замка шведами дворцовый писарь нашел маленькую девочку, которую оставил у себя и стал воспитывать. Девочке дали имя Майя. Повзрослев, она стала настоящей красавицей. Ее стали называть Турайдской Розой. Жених девушки, садовник Виктор, жил на другом берегу Гауи, в Сигулдском замке. В Турайдском же замке у нее был тайный воздыхатель Адам, бывший польский дезертир, ставший наемником управляющего замком. Майя отвергала все притязания Адама, и тогда он вместе с таким же наемником решил овладеть ею силой. 6 августа 1620 года он хитростью заманил девушку в одну из пещер около замка и напал на нее вместе с приятелем. Поняв безнадежность своего положения, красавица предложила Адаму подарок: красный платок, который якобы может уберечь того от вражеского оружия. Но когда Адам усомнился в его чудодейственной силе, она надела платок себе на шею и потребовала, чтобы он ударил ее мечом. Будучи уверенным, что жертва все равно останется в его власти, Адам нанес удар и, естественно, убил. Смерть девушки так подействовала на него, что убийца бросился в лес и повесился на перевязи злополучного меча. Но история на этом не закончилась. Жених Виктор, который в назначенное время пришел на свидание с любимой и нашел ее мертвой, был обвинен в убийстве. Только раскаяние второго участника преступления спасло его от пыток и смерти. Свидетельства этой истории были найдены при перестройке дворца в Риге, где хранился архив Видземского придворного суда. Сама же легенда стала источником вдохновенья для поэтов, писателей, художников, кинематографистов и даже для создателей поч­товых марок!

ПОБЕДА MW, ПРОВАЛ ПОД ЦЕСИСОМ

От романтики — к суровой прозе, в данном случае к полиции. Инспекторов на латвийских дорогах практически не видно. Но они есть! Возвращаясь из Турайды в Сигулду под впечатлением от увиденного, я совершенно не обращал внимания ни на дорожную разметку, ни на знаки, ограничивающие скорость. Только медленно ползущий впереди автомобиль задавал ритм моего движения. Возвратило меня к действительности появление полицейских. Не успел я по привычке приготовиться к «противостоянию», как на хорошем русском языке меня попросили… о содействии. Только тут я увидел сползшую в обочину легковушку, которая безуспешно пыталась вытащить на дорогу старенький микроавтобус. Кто из нас откажет в помощи брату-автомобилисту, тем более если за него хлопочет инспектор ДПС! Полицейские перегородили дорогу — местом происшествия был закрытый поворот между холмами, — и в дело вступила лебедка Master Winch 8288. Через пару минут виновник инцидента уже сидел в полицейской машине, его автомобиль стоял на асфальте, а я продолжил свой путь к замку в Цесисе. Как и я предполагал, резиденция магистра Ливонского ордена осталась для меня неприступной. В понедельник музей не работает, поэтому мне пришлось ограничиться «штурмом» стен в поисках подходящего места для съемок внутреннего двора крепости. Этот «приступ» тоже оказался неудачным, поэтому, в качестве мести, я не напишу больше о Цесисе ни слова.

КВЕСТ С ОФФРОУДОМ

После неудачи под Цесисом я с удвоенной энергией отправился под стены других рыцарских твердынь. И если с замками в Лимбажи и Валмиере проблем не было, то посещение Розула и Набе больше напоминало головоломный квест с элементами оффроуда. Хорошо, что в Лимбажи не закрылся офис по туризму, что редкость в это время. Без помощи его сотрудницы список моих неудач пополнился бы еще одним замком. Горбатый грейдер, остатки железнодорожной насыпи, речка, озеро — все приметы сходились, но развалин замка не было видно. На улицах близлежащего поселка ни души, пришлось ходить по домам. Наконец, один из местных жителей, оказавшийся к тому же джипером, сказал мне, где надо искать. Прибыв в указанное место, я увидел старое обветшалое имение, какой-то «шведский дом», но искомых развалин не было нигде. То, что вполне могло за них сойти, оказалось руинами сарая, в чем меня уверил местный житель, утверждавший, что в его детстве там держали скот. В отчаянии я, скрепя сердце, подключил безумно дорогой в Латвии мобильный Интернет и… «шведский дом» оказался главной башней замка Набе, построенной в XIV веке! Развалины же должны были быть в Розуле! В моем плане осмотр этого замка значился в качестве конечной точки путешествия по средневековой Латвии. Поэтому я покорно сносил и жесткий грейдер, и круги, которые я накручивал по окрестностям в поисках притаившихся в лесу развалин. От самого замка остались только башня, рвы и поросшие деревьями фундаменты стен. Солнце уже клонилось к закату, а я никак не мог оторваться от этого места. Сидел на камне и смотрел на речку Браслу, где около самой воды лежал камень Любви или, скорее, Смерти. На этом камне, говорят, сиживали немецкая баронесса из рода Розенов, которым принадлежал замок, и конюх — простой латышский парень. О браке не могло быть и речи, поэтому отчаявшиеся влюбленные, связав свои руки полотенцем, бросились в омут. А покрытый мхом камень и по сей день лежит у края омута, как немой и печальный свидетель трагической любви. После этого смотреть уже ничего не хотелось, и я стал выбираться на трассу, ведущую в Эстонию, чтобы там пересечь российскую границу. Совершенно случайно я выехал к замку Лиелстраупе. Сооружение когда-то принадлежало вассалу Рижского архиепископа, потом им владели уже упоминавшиеся в связи с Розулой фон Розены. В 1905 году замок, как и многие другие исторические постройки, был сожжен, мнения же относительно поджигателей разделились. По одной из версий пожар устроили не восставшие, а сам барон фон Розен для получения страховки! Замок уникален тем, что в его комплекс входит церковь, которая является одним из его корпусов. В стене церкви, по легенде, была заживо замурована девушка. В подтверждение этой легенды в 1938 году во время капитального ремонта ее останки были действительно найдены! Слово «корпус» уместно здесь еще и потому, что сейчас в старинном замке находится наркологическая клиника.

ЧЕРЕЗ ГРАНИЦУ НАКАТОМ

Возвращался домой через Эстонию. И здесь не обошлось без приключений. Чем ближе я приближался к эстонской границе, тем меньше оставалось топлива в баке, а заправки не попадалось ни одной. Но вот и Эстония. В кошельке полно латвийских денег, стрелка указателя топлива давно лежит горизонтально, а до ближайшей эстонской АЗС все двадцать километров. Деньги буквально жгут мне руки, и я поворачиваю обратно в Латвию. По кратчайшей дороге, по грейдеру, вспомнив времена топливного дефицита, стараюсь больше двигаться накатом… Все-таки доехал до заправки в городе Алуксне! И снова по иронии судьбы я упираюсь в замок! На этот раз это Новый Алуксненский замок, где, если верить табличке, в 1905 году каратели пытали революционеров. Для поисков достопримечательности было уже слишком темно. К сожалению, мне так и не пришлось увидеть развалины самой восточной и одной из самых мощных крепостей Ливонского ордена — Мариенбурга (так раньше назывался Алуксне), которую неоднократно брали штурмом русские войска. Последний раз его оборонительные сооружения реставрировал известный военачальник шведского короля Карла XII Шлипенбах, а штурмовал крепость фельдмаршал Шереметьев. Именно здесь в лагере Шереметьева оказалась Марта Скавронская, которая позже вошла в российскую историю под именем императрицы Екатерины I. После этого, видимо, решив, что для одной поездки с меня достаточно, Латвия отпустила меня восвояси.

Автор статьи выражает благодарность Ренате Римша и ее проекту «Средневековые замки Латвии»!

Оцените статью